Иоанн Златоуст

 

"Зависть"

 

     Ничто так обычно не разделяет и не разъединяет нас друг от друга, как зависть и недоброжелательство, - этот жестокий недуг, лишенный всякого извинения, и гораздо более тяжкий, нежели самый корень зол - сребролюбие. В самом деле, сребролюбец хоть радуется тогда, когда сам получает; завистливый же тогда радуется, когда другой не получает, считая собственным успехом неудачу других. Что может быть безумнее этого? Пренебрегая собственные бедствия, он изводится чужими благами, делая чрез это недоступным для себя небо, а раньше еще неба и настоящую жизнь невыносимой. Поистине, не так червь ест дерево, или моль шерсть, как огонь зависти пожирает самые кости завистников и вредит чистоте души. Не погрешит тот, кто назовет завистников худшими зверей и демонов. Звери нападают на нас только тогда, когда они или нуждаются в пище, или наперед были раздражены нами, а эти люди, и будучи облагодетельствованы, часто относятся к благодетелям как обиженные. Равным образом и демоны, хотя к ним питают непримиримую вражду, не делают зла имеющим одну с ними природу, а эти люди ни общности природы не стыдятся, ни собственного спасения не щадят, но раньше тех, кому завидуют, сами подвергают наказанию свои души, наполняя их без причины и повода крайним смятением и унынием. Зависть такой порок, что хуже его нет никакого другого. Прелюбодей, например, и некоторое удовольствие получает, и в краткое время совершает грех свой; между тем завистник раньше того, кому завидует, сам себя подвергает наказанию и мучению, и никогда не отстанет от своего греха, а постоянно совершает его. Как свинья радуется грязи, и демон нашей погибели, так и этот радуется несчастиям ближнего; и если с последним случится что-нибудь неприятное, тогда он успокаивается и облегченно вздыхает, считая чужие горести своими радостями, а чужие блага - собственными бедствиями. И как некоторые жуки питаются навозом, так и завистники – чужими несчастьями, являясь общими врагами и недругами (человеческой) природы. Другие люди и бессловесное животное, когда его убивают, жалеют; а эти, видя человека, получающего благодеяния, приходят в бешенство, дрожат и бледнеют. И что может быть хуже такого безумия? Что ты бледнеешь, дрожишь и стоишь объятый страхом, скажи мне? Что случилось ужасного? То ли, что брат твой славен, пользуется известностью и добрым именем? Поэтому самому тебе следовало бы украситься венком, радоваться и славить Бога, что видишь член свой славным и знаменитым. Или ты скорбишь о том, что Бог прославляется? Смотри, куда простирается вражда. Не это, скажешь, меня печалит, но я хотел бы, чтобы Бог прославлялся чрез меня. Так радуйся, когда брат твой пользуется доброй славой, и чрез тебя опять прославится Бог. Если бы даже он был врагом и неприятелем твоим, а Бог прославлялся чрез него, то надлежало бы сделать его ради этого другом; а ты друга делаешь своим врагом из-за того, что чрез доброе имя, которым он пользуется, прославляется Бог. Как еще иначе ты можешь показать вражду против Христа? Поэтому, хотя бы кто совершал знамения, хотя бы показал подвиг девства, или поста, или лежанья на голой земле, и добродетелью такого рода сравнялся с ангелами, но если он подвержен страсти зависти, он оказывается всех мерзостнее. Если любовь к любящим не дает нам никакого преимущества пред язычниками, то где окажется тот, кто питает зависть к любящим? Завидовать хуже, чем враждовать. Враждующий, когда забывается причина, из-за которой произошла ссора, прекращает и вражду; завистливый же никогда не станет другом. При том первый ведет открыто борьбу, а последний скрытно; первый часто может указать достаточную причину вражды, а второй не может указать ни на что другое, кроме своего безумия и сатанинского расположения. И как обижающий не другим причиняет обиду, а самому себе, так точно и строящий козни ближнему губит себя самого. И подобно тому как, обижая ближних, мы обижаем сами себя, так, наоборот, делая им добро, мы делаем добро самим себе. Тот, кто слышит о себе худые речи, но ложные, не только не терпит от того обиды, а имеет и величайшую награду. Не тот, кто терпит, а кто делает зло, тот достоин наказания, если только первый сам не дал достаточных поводов к порицанию. И как невозможно человеку добродетельному слышать о себе от всех хорошие отзывы, так точно невозможно и слышать от всех дурные, если сам не доставит многочисленных поводов по многим обстоятельствам. Порицания же, которые делаются всенародно, часто делают людей наглыми и бесстыдными. Многие из грешников, пока видят, что им можно скрыть себя, легко решаются исправиться; а когда потеряют доброе мнение о себе в обществе, впадают в отчаяние и вдаются в бесстыдство. Но ты потерпел обиду от него? Так зачем же ты еще и сам себя обижаешь? Тот, кто мстит за обиду, обращает нож против самого себя. Если, поэтому, ты хочешь и себя облагодетельствовать, и обидевшему тебя отомстить, то говори о нем хорошо; если же ты будешь говорить худо, то тебе не поверят, как человеку, подозреваемому во вражде. Ведь вражда, сталкиваясь с помыслами слушающих, не позволяет запечатлеваться в их ушах тому, что творится. Итак, не говори о других худо, чтобы не обесчестить и себя, не сплетай тины с грязью и мусором, а плети венки из роз, фиалок и прочих цветов; не износи навоза из уст, подобно жукам, - а таковы те, которые говорят худо о других. Они сами первые ощущают последствия своего зловония. В самом деле, злоречивого человека все сторонятся, как бы пахнущего гнилью, как какой-то гадины или жука, питающегося навозом, - чужими бедствиями; наоборот, человека, имеющего благоглаголивые уста, все принимают как свой собственный член и как родного брата. Какую обиду причинил Авелю Каин? Не проводил ли он его против своей воли только скорее в царство небесное, а себе причинил бесчисленные бедствия? Какой вред причинил Исав Иакову? Не обладал ли последний богатством и не пользовался ли бесчисленными благами, а тот и отеческого дома лишился, и блуждал после злого своего умысла в чужой стране? Что сделали худого Иосифу братья, несмотря даже на то, что дошли до крови? Не они ли терпели голод и подверглись крайней опасности, между тем как тот сделался царем всего Египта? Чем больше ты завидуешь, тем большие блага доставляешь тому, кому завидуешь. Бог все назирает; и когда видит, что обижают человека, который сам никому не делает обиды, то еще более возвышает его и делает славным, и таким образом наказывает тебя. Если Он не позволяет оставаться безнаказанными тем, которые надругаются над врагами, то гораздо более тем, которые завидуют людям, не причинившим им никакой обиды. Если тот, кто любит любящего его, не имеет никакого преимущества пред мытарями, то какого снисхождения заслуживает тот, кто ненавидит не сделавшего ему никакого зла?

Слова. 17 («О зависти»)

 

  • квадратная иконка facebook
  • Квадратная иконка Twitter
  • Квадратная иконка Google